Избивают детей родители: Родители наносят побои ребенку: что делать?

Содержание

Почему родители избивают своих детей?

Будут ли будущие мамы и папы лупить своих чад, скорее всего, зависит не от генов, а от собственного опыта, полученного в раннем детстве. К такому выводу пришел американский ученый Дариус Маестрипиери (Darius Maestripieri) и его коллеги из Чикагского университета. Выводы опубликованы в серьезном научном специализированном журнале «Proceedings of the National Academies of Science».

Исследователи изучали поведения приматов (как передается насилие от поколения к поколению), наблюдая за группой макак-резусов. Многие из резус-мамочек форменным образом издевались над своим потомством в течение первых шести месяцев жизни, обращаясь с ними, словно это неживые существа, а куклы: младенцев кусали, дергали за лапы или хвост и даже подбрасывали в воздух.

Группа ученых из Чикаго решила проверить устоявшийся тезис, что насилие напрямую связано с генами. Для эксперимента выбрали два поколения макак-резусов. Как только самка разрождалась детенышем — его тотчас же отдавали на воспитание приемной матери. Едва ли половина из этих подросших обезьянок стала в будущем бить свое собственное потомство.

Когда эти малыши вырастали и обзаводились собственным потомством, наблюдалась любопытная вещь. 9 из 16 самочек, над которыми измывались собственные или приемные мамаши, тоже били-колотили своих отпрысков. Напротив, ни одна из 15 макак, которых в детстве не били, став взрослой, не подняла руку на малыша. Маловероятно, полагают ученые, чтобы такое поведение передавалось по наследству.

Кстати, обнаружился еще один поразительный феномен. Почти половина детишек, над которыми издевались в детстве, повзрослев, не проявляли агрессии по отношению к своим чадам. В чем причина такого поведения — секрет. Возможно, все зависит от отдельно взятой «обезьянки» или ее социального окружения.

— Мы не исключаем, что генетическая предрасположенность и такие задатки, как импульсивность, могут передаваться по наследству и у людей, — говорит Маестрипиери. — Было бы интересно проанализировать ситуации, когда ребенок, которого родители били в детстве, не превращался бы сам в родителя-садиста.

Детей избивают собственные родители: воспитание или зло? | Новости Чувашии

13 ноября в прямом эфире «Про Город» прошла встреча на тему: «Детей избивают собственные родители: воспитание или зло?». Поводом для обсуждения стала происшествие, где отец избил свою 6-летнюю дочь. Представитель Министерства образования Чувашии Гульнара Самсонова и Елена Романова уполномоченная по правам ребенка в Чувашии и обсудили вопросы насилия над детьми в семьях нашей республики.

 

Считаете ли вы нормальным применение рукоприкладства к детям в семье?

«Рукоприкладство вообще считаю недопустимым. Прежде чем ребенок пойдет в школу, родителей настраивают: «Научите детей дома реагировать на ваши просьбы без повышения голоса.» Самое главное на собственном примере демонстрировать. Нужно воспитывать ребенка так, чтобы он реагировал на просьбы без повышения голоса и без рукоприкладства», — ответила Елена Романова.

Среди ваших знакомых случаются такие ситуации, как вы относитесь к этому?

«По роду деятельности, сталкиваюсь. Сами воспитываем детей таким образом? Да. По отношению к нам такое происходило? Да».

Когда это считается насилием, а когда воспитанием?

Отвечает Елена Романова: «Когда причинен вред психическому здоровью ребенка. Ребенок боится даже поднятой руки взрослого, боится самого взрослого, вот это можно считать насилием».

Говорит Гульнара Самсонова: «Эмоциональное насилие долгосрочно, иногда последствия вспыхивают гораздо позже. Еще один из видов насилия, это пренебрежение нуждами ребенка».

Говорит Елена Романова: «Есть два случая из практики: один из них, что на ребенка не оформляются документы, не показывают врачам, у ребенка нет официального имени. Следующий случай из практики, ребенка бьет отец. Ребенок не понимает, что произошло. Отца посадили, но ребенок не понимает за что».

Последнее время в редакцию все чаще и чаще приходят личные истории детей и родителей о том, что в семьях бьют детей. Поэтому мы сегодня обсуждаем эту тему. И что с этим нужно делать?

В чем заключаются ваши обязанности на посту уполномоченной по правам ребенка?

«Занимаюсь самыми разными вопросами от здравоохранения до коммунальных услуг. Также обращаются по внутри семейным конфликтам, когда решается вопрос о месте жительства ребенка при разводе родителей. Приходится анализировать и выяснять мнения двух сторон, никогда не принимаем решений в одностороннем порядке»,- ответила Елена Романова.

Как быть если оба родителя любят своих детей, хотят быть с ребенком?

«В этих случаях ребенок остается с мамой, отец общается с ребенком по взаимной договоренности. Бывает такое, что один из супругов в этой ситуации злоупотребляет своими правами. В таком случае составляется нотариальное соглашение с графиком посещений или в судебном порядке решается», — ответила Елена Романова.

«Как реагировать родителю если ребенок провинился?

«Каждая семья это система. Если в этой системе заведено, что за проступок можно получить физическое наказание и если меры воздействия не выходят за рамки моральных прав, то тогда родители думаю имеют на это право. Но если ребенок не знает в какой момент его могут шлепнуть по попе или в одном случае его ругают, а в другом не ругают, тогда ребенок находится в постоянном страхе. Он не знает, что произойдет в очередной момент. Приведу пример из жизни, были на обследовании в детском саду, я уронила ручку и резко потянулась за ней. Ребенок в этот момент закрыл голову руками, испугался», — отвечает Гульнара Самсонова.

«Это говорит о том, что в семье используются непозволительные методы воспитания. Ребенок не должен так реагировать», — говорит Елена Романова.

Куда идти и что делать в такой ситуации?

Отвечает Елена Романова: «Во первых нужно обратиться в комиссию по делам несовершеннолетних по месту жительства данной семьи. Второе это полиция. Ответственные органы обязаны среагировать незамедлительно. Постоянные крики детей это сигнал, что в семье что-то не так».

Как часто в Чувашии происходят такие случаи?

«За 2019 год я получила 19 обращений по причине побоев несовершеннолетних, все они анонимные. Мы в свою очередь незамедлительно сообщаем правоохранительным органам. Полиция проверяет наши обращения и в большинстве случаев эти факты не подтверждаются. Только в единичных случаях выявляется подтверждение насилия».

Зачем это делается?

Отвечает Елена Романова: «Здесь ситуация индивидуальна, либо родители, либо сам ребенок позвонил. Ведь не секрет, что нынешние дети гораздо больше владеют информацией по сравнению с нами в детстве. Они знают куда можно позвонить или сообщить и иногда злоупотребляют этим».

Дополняет ответ Гульнара Самсонова: «Существует телефон доверия, он анонимный, бесплатный и круглосуточный и туда поступают звонки. Номер телефона: 8 800 2000 122. За 10 месяцев было 10246 звонков из них 117 по жестокому обращению. Можем только выслушать и подсказать куда обратится».

Как часто серьезные проблемы обсуждаются по телефону доверия?

«Звонят дети, проверяют работоспособность телефона доверия. По телефону никто не ответит ребенку резко, даже если он балуется»- отвечает Гульнара Самсонова.

Говорит Гульнара Самсонова: «Многие родители не знают как правильно воспитывать детей. В рамках нашего центра заработала новая программа «Родители 3.0». Это консультационные пункты по всей республике для помощи родителям».

Добрые мультики ушли с экрана, как воспитывать новое поколение?

Говорит Елена Романова: «Моему ребенку 6 лет, я слежу что он смотрит, потому что много шокирующих материалов. Был один случай, что мы заблокировали ресурс. Сейчас детям предоставлен доступ к информации, поэтому родители должны быть вдвойне бдительны».

В какое время звонят дети по телефону доверия?

Отвечает Гульнара Самсонова: «Звонки обычно приходят в вечернее время. Если ребенка поругали, лучше пусть позвонит на телефон доверия, чем уйдет в себя.

Что будет родителю за насилие к ребенку?

Отвечает Елена Романова: «В случае доказанности штраф как минимум, как максимум уголовная статья. Уголовная статья является основанием для лишения родительских прав. Не должно быть умалчивания от учителей и воспитателей, если они заметили синяки или следы побоев на ребенке, то должны обратится в уполномоченные органы».

Что делать если тренер или учитель проявляет рукоприкладство?

Отвечает Елена Романова: «Тренер или учитель не должны выходить за рамки, не должны причинять вред чести и достоинству ребенка. Если ребенку не нравится метод воспитания с применением насилия в спортивной секции, он должен сообщить об этом».

Какими методами воспитания пользуетесь вы?

«У меня трое детей, иногда мне приходилось шлепать своих детей. Но в отношении внуков я точно такого не допускаю. Нужно находить общий язык с детьми

Мучают и избивают. Откуда берутся родители-садисты | ОБЩЕСТВО

В Топках вынесли приговор родителям, которые истязали своего восьмилетнего сына. Лупили шлангом за плохие оценки, однажды чуть не задушили. Неизвестно, чем бы всё это закончилось, если бы не вмешались соседи. Подробности – в материале «АиФ в Кузбассе».

Кто спасает детей?

В пресс-службе регионального СК РФ рассказали, что 45-летнюю мать и 47-летнего отца суд приговорил трём годам лишения свободы условно. Их сын сейчас находится в социальном учреждении. Следователи установили, что пьяные родители измывались над мальчиком с августа по октябрь 2019 г. Если он задерживался на улице или получал плохую оценку в школе, мать била его шлангом. Как-то отхлестала за то, что без спроса взял у неё немного денег. А за то, что ребёнок воспользовался мобильным телефоном, отец влепил ему несколько подзатыльников и ударил куском резинового шланга.

В отношении мужчины возбуждено уголовное дело. Удивительно, но, несмотря на все издевательства, мальчик заступался за мать, если родители ругались между собой. Однажды в такой момент отец оттолкнул сына и сдавил руками его шею. Тревогу забили соседи. Они заметили, что ребёнка часто наказывают физически, и обратились в полицию. В ходе проверки факты подтвердились. До этого момента семья в поле зрения полицейских не попадала, на профилактических учётах не состояла.

И это не первый за лето приговор за подобные преступления. В Кемеровском районе суд приговорил 34-летнего папашу к четырём годам колонии общего режима за истязание трёхлетнего сына. Издевательства продолжались с февраля по июнь 2019 г. Когда мальчик без спроса убежал играть к соседям, мужчина привязал его за ногу цепью к кровати. Мать боялась супруга, который часто избивал и её, поэтому в полицию не обращалась, но рассказала обо всём этом кошмаре сотрудникам опеки и попечительства, когда они проверяли условия проживания несовершеннолетнего. Малыша из семьи изъяли и передали в реабилитационный центр. Сейчас мальчика воспитывает мать. Её муж полностью признал вину.

А 38-летняя беловчанка ещё только ожидает приговора суда. Она с ноября 2018-го по май 2019 г. издевалась над семилетней дочерью. У девочки даже не было собственной кровати. Она спала на полу в грязной квартире. Юная беловчанка не ходила в школу, не имела сезонной одежды. Пьяная мамаша оскорбляла её и била. Обо всех ужасах своей жизни девочка рассказала бабушке, которая и обратилась в органы опеки и полицию. Сейчас ребёнок живёт с ней.

За жестокость накажут

В отношении мужчины возбуждено уголовное дело.Заместитель руководителя следственного отдела СК по Кировскому району Кемерова майор юстиции Иван Уханов рассказал, что истязание детей их близкими, к сожалению, всегда является актуальной темой. Только в следственный отдел по Кировскому району ежегодно поступает два-три сообщения о подобных фактах. При этом ж­ертвами преступлений становятс­я дети разных возрастов – от двух до 16 лет. «Единого образа преступника тоже не существует. Жестокие методы воспитания используют как мужчины, так и женщины. При этом речь не идёт о шлепках ладонью – детей избивают с силой, используя при этом различные предметы, от ремня с металлической пряжкой до деревянного стула», – говорит Иван Уханов.

Следователи призывают: не будьте равнодушными и сигнализируйте, если видите, что ребёнку угрожает опасность. «Днём 25 апреля 2018 г. двое учащихся Сибирского политехнического техникума гуляли по набережной Кировского района и встретили там плачущего мальчика. Они спросили, что случилось, и восьмилетний ребёнок рассказал, что боится идти домой – там его побьёт отец за пропуск урока английского языка. Студенты обратили внимание, что у ребёнка на теле множество кровоподтёков. Ребята решили проводить мальчика до дома и при необходимости помочь ему. Когда маленький кемеровчанин вошёл в свою комнату общежития, они остались у двери. Сразу же услышали крики отца, затем звук упавшей посуды, шлепки от ремня и детский плач. Молодые люди сразу же вызвали полицию и дождались её приезда. Благодаря проявлению активной гражданской позиции молодых людей, которые не остались равнодушными к плачущему ребёнку, удалось выявить преступление, совершённое приёмным родителем, и изъять мальчика из социально опасного положения. Суд приговорил мужчину к трём годам лишения свободы условно с испытательным сроком в два года», – рассказывает Иван Уханов.

Семейный сценарий

В отношении мужчины возбуждено уголовное дело.Детский психолог, руководитель телефона доверия в Кемерове Ольга Рублёва объясняет: есть большая вероятность, что родители-садисты повторяют собственную судьбу. «Даже те, кто выбирает «антисценарий» своей семьи, иногда срываются и скатываются если не в физическое насилие, то в психологическое подавление собственных детей, хотя и стараются себя контролировать, – считает психолог. – В ситуации с пострадавшим мальчиком есть небольшая вероятность, что восьмилетний ребёнок может забыть, что с ним происходило в семье. Но иногда психика срабатывает коварно. В США проводили исследование: забирали детей от матерей-алкоголичек в грудном возрасте. Оказалось, что 80% из них, усыновлённых благополучными семьями, всё равно в конечном итоге становились зависимыми людьми».

«Нельзя допустить, чтобы детей избивали и убивали. От таких людей их нужно спасать. Но стоит учесть: когда ребёнок попадает к чужим людям, для него это является большим стрессом. Поэтому выход в первую очередь стоит поискать в его близком окружении – возможно, взять над ним опеку захотят родственники», – заключает Ольга Петровна.

Что делать, если рядом с вами бьют ребенка

Много лет назад, будучи молодой мамочкой 19 лет с месячной дочкой в коляске, я стала свидетельницей ужасной сцены. Женщина в возрасте, которую я скорее причислила бы к поколению взрослой мамы или даже бабушки, гуляла с мальчиком примерно двух-трех лет. Мальчик катался на трехколесном велосипеде. Я уже точно и не помню, что сделал малыш: то ли он побежал, то ли упал, то ли еще что-то. С моей точки зрения, ничего эдакого вообще не произошло. А дальше вдруг случилось непредвиденное: женщина подбежала к ребенку, схватила его за курточку, стала трясти, а потом бить рукой прямо по губам, приговаривая: «Не смей так больше делать!». Ребенок зарыдал, но женщина не унималась. Я была раза в два младше ее и испугалась сделать ей замечание. Через какое-то время она успокоилась. Мальчик затих, и они удалились. А мне было ужасно стыдно, что я не вмешалась.

Прошло уже более 30 лет, но я до сих пор вспоминаю эту историю. Давайте разберемся, так как же может и должен поступить взрослый человек в подобной ситуации.

Как это происходит в мире

Сегодня психологи говорят о существовании двух типов материнства: интенсивном и расширенном.

Первый тип материнства характерен для Америки, Западной Европы. В этой модели никто не вправе вмешиваться в то, как родители воспитывают своего ребенка. Например, когда немецкие матери гуляют или отдыхают со своими детьми, ни одна из них не оторвется от беседы или от своих дел, чтобы успокоить громко кричащих детей, развести в разные стороны дерущихся, сделать замечания мешающим другим людям.

Однако если кому-то очень не нравится то, что мать делает со своим ребенком, на помощь всегда можно призвать социальные службы или полицию. Но вмешиваться лично в чужой процесс воспитания никто никогда не будет.

Совсем по-другому ведут себя наши соотечественники, люди, которым присуща модель расширенного материнства. Ведь в этой модели каждый взрослый чувствует себя немного отцом или матерью, бабушкой или дедушкой любого ребенка. Взрослый в этой модели не только обязательно сделает замечание ребенку или подростку, но и позаботится о нем.

Оценке со стороны взрослого подлежат не только поступки, хулиганские выходки, выкрики, игры, шум и гам, но и то, как одет ребенок, что с ним, куда он идет, что он делает. Такой взрослый остановит слишком шумную игру, отберет замученного щенка или котенка, прикрикнет на взрывающих петарды мальчишек, остановит дерущихся. А еще он спросит, не холодно ли ребенку, не боится ли он идти один поздним вечером, а потом проводит до дома, поможет искать потерянную вещь, успокоит плачущего малыша.

Такой взрослый, как правило, готов сделать замечание и родителям, которые ведут себя по отношению к ребенку не так, как следует.

Но мало сделать замечание, надо еще, чтобы родители вас услышали. Здесь существует 4 важных правила.

Про людей. История девушки, которую избивали родители — FONAR.TV

Иллюстрация Иры Карповой для Fonar.tv

Разве так поступают, когда любят?

— Я родилась на Украине, в Бердянске. Это солнечный и тёплый город. Потом меня увезли в холодную-холодную даль — в Якутию (улыбается — прим. Ф.) . Моя мама жила там всю жизнь, так что [переезд] был неизбежен.

Какое твоё первое детское воспоминание?

— Я не знаю, насколько оно правдивое. Я помню, что собирала мозаику. Знаешь, такую, где нужно вставлять фигурки. Я кидала эти фигурки в биологического отца, а он делал вид, что ловит их ртом, будто бы ест. Я спрашивала у мамы, но она такого не помнит. Может, мне это приснилось.

Как я понимаю, тебя воспитывал другой человек, — не родной отец?

— Да, мои родители расстались, там была не очень хорошая ситуация. Меня воспитывал отчим. Они [с мамой] поженились, когда мне было лет пять. Те, кто об этом узнаёт, всегда спрашивают, не хочу ли я найти своего родного отца. Но мне с одним проблем хватает, зачем мне ещё один (смеётся — прим.Ф.) ?

Но отчима ты считаешь отцом?

— Да. Он был всю мою жизнь. Мне мама рассказывала, что, когда они начали встречаться, я называла его Лев. Они попросили называть его папой. А я тогда спросила: если вы поженитесь, возьмёте меня в свою семью? Очень странный вопрос, конечно.

Ева, ты сказала, что тебе хватало проблем с одним отцом…

— Да, много проблем. Так получилось, что у меня отчим страдал от насилия в семье. Его отец сильно избивал его маму и детей. Пока я была маленькой, всё было спокойно. Потом я начала взрослеть, у меня менялись взгляды, родители много работали, часто уставали, у них начали сдавать нервы. Тогда и началось это физическое и психологическое насилие. Отец стал часто бить меня большим ремнём. Бил, в основном, по верхней части бедра. Это очень больно. У меня были такие синяки, больно было даже сидеть. Если я в школе приходила в медпункт, я боялась, что медсестра это заметит, и у меня будут проблемы. Поэтому я говорила, что упала с лестницы.

А с чем это связано? За что он тебя бил?

— Да, за банальное: что-то не сделала по дому. К тому же, у меня были проблемы с учёбой — я не очень хорошо училась, вот за оценки бил. Потом родилась сестра. У нас с ней разница в 11 лет. Получалось так, что я с ней постоянно сидела. Если я хотела погулять, то мне говорили, что я эгоистка, только о себе и думаю. Я была ещё немного пухлым ребёнком, постоянно сидела дома с сестрой. В какой-то момент мне даже стало казаться, что я реально чья-то мать. Мне говорили, что я не заслуживаю того, чтобы меня слушали, что муж будет меня бить, что я вырасту никем. И так каждый день.

Ещё я помню: у о

Исповедь женщины, у которой украли детство

Мир несправедлив. Это приходится зарубить себе на носу каждому, кто прожил в нем хотя бы годик-другой. Мужья и жены, увы, имеют полное право изменять или даже уходить. Родные и близкие умирают — и с этим ничего нельзя поделать! Однако немного тепла и нежности еще хранится в этом мироздании. А потому из всех историй несправедливости больше всего поражают те, где сломана самая прочная и важная связь во вселенной — связь между матерью и ребенком.

Ольге (имя изменено) чуть за 30. Тонкая, красивая, с роскошной копной черных волос. Успешный менеджер, счастливая мама троих детей, верная жена. И одновременно до ужаса напуганная маленькая девочка, которая до сих пор живет в мире воспоминаний, полных физической боли, стыда и бессилия. Свою тайну она скрывает даже от собственного мужа. Потому что это очень страшно и стыдно — рассказывать, как тайком переодевалась в школе, чтобы скрыть синяки на теле, боялась возвращаться домой и ненавидела собственную мать. Если вас настиг маньяк или убийца на темной улице, то общество его осудит. А если чудовище — родная мама?

— Мне уже много лет, но боль не отпускает. Не забывается. Можно забыть физические ощущения насилия, но мысли и чувства стереть нельзя. И эти мысли и чувства, увы, порой определяют будущее, то, как мы строим жизнь, отношения с окружающими. Мировосприятие проходит через призму насилия, которому нас подвергли… Даже сейчас, начиная этот разговор, я вспоминаю все, и хочется плакать. В горле стоит ком и вопрос «Почему?». За что? Я была всего лишь ребенком. Неужели я виновата тем, что просто родилась? — девушка задает вопрос, на который нет ответа.

Первые четыре года своей жизни Оля не помнит. Как будто их и не было вовсе. Если поинтересоваться у психологов, что это означает, ответ будет неутешительным: очевидно, события, происходившие до этого возраста, были настолько травматичными для психики, что она отказывается их хранить. Все счастливые дети хорошо помнят свое детство. У несчастных — другая участь.

— Я помню, как в 4 года мать впервые выгнала меня из дома. Я плакала на лестничном пролете, а потом пошла этажом выше, к соседке. Я мечтала, что она заберет меня к себе. Но этого не случилось. За что можно выгнать из дома четырехлетнюю девочку? Уже потом мать объясняла это тем, что я не встала на колени и не просила у нее прощение за плохое поведение. Хотя потом даже просьбы о прощении на коленях не спасали от побоев.

В 5 лет я выдумала себе сказку, что она не моя мама, а злая колдунья, которая похитила меня. А моя настоящая мама меня ищет. Или меня подменили в роддоме. Уже тогда я не понимала, как можно так ненавидеть свое дитя. Я была вечно в чем-то виновата. Не было ни дня, чтобы она меня не била. Если день прошел без побоев, это было странно. Главным упреком было то, что я вся в отца. Он ей испортил жизнь, и я такая же, жизнь ей порчу. Из-за меня она не доучилась. Из-за меня у нее нет хорошей работы. Иногда я представляла, что сбегаю из дома и иду в лесопарк неподалеку. Там был детский дом. Я сяду рядом со входом, выйдет тетя и заберет меня. И я буду там жить. Я завидовала детям-сиротам. Я считала, что лучше быть сиротой, чем жить с «недоматерью», — признается Оля.

В школе девочке приходилось хорошо учиться, ведь за тройки мать била «ремнем по рукам, головой о стену, о стол». Оля ходила в синяках и молчала. И вот тут мы подходим к одному из главных вопросов, который не дает девушке покоя до сих пор: почему взрослые видели, что происходит, знали о насилии — и молчали? Допустим, отца не было рядом, он не знал. Но видела бабушка — и молчала. Она думала, что жизнь в городе, пусть и с жестокой матерью, лучше, чем в маленькой деревне. Видели отчимы, которые сменялись каждый год, как листва на деревьях: дядя Саша, дядя Витя, дядя Коля… И бездействовали.

— Как-то в четвертом классе утром за завтраком мать в ярости укусила меня за щеку, а чтобы я не орала и не плакала, треснула кулаком в глаз. Учительница не поверила, что я якобы упала с лестницы и поэтому у меня фингал под глазом. Наверное, выдуманная история не вязалась с отпечатками зубов на щеке. Тогда я впервые рассказала кому-то о том, что происходит дома. Мать вызвали в школу. После разговора с учительницей она вернулась домой и избила меня. Она кричала: «Чего тебе не хватает?! Что ты меня позоришь?!» После этого я больше никому и никогда не говорила, что происходит дома. Долгих восемь лет. Я поняла, что помочь мне некому.

Практически никто из мужчин матери не пытался меня защитить. Им было плевать. Плевать было и соседям. Они ведь все слышали: ее крики, мой плач. Никто не помог. И в этом весь ужас ситуации: никто не знает, что происходит за закрытыми дверями благополучной с виду семьи. Один раз к нам все-таки приходили из инспекции по делам несовершеннолетних. Посмотрели, что есть ремонт, в холодильнике — еда, а у ребенка — письменный стол. И все.

На уроки физкультуры мне порой приходилось переодеваться отдельно от всех. Либо очень быстро, чтобы никто не видел синяки по всему телу. В гневе мать била, не задумываясь, куда попадет и чем. Ремень, тапок, каблук обуви, вырванный провод от радио, которое подарил отец, — орудием было все, что попадется под руку. Шланг от стиральной машины был излюбленным средством наказания. Я сижу на своей кровати, вжавшись в стену, закрывшись руками, плачу, а она хлещет по моему телу изо всех сил. Пластмассовый наконечник шланга в какой-то момент вылетал от количества и силы ударов, и, пока мать искала его, чтобы вернуть на место, у меня было всего пару секунд, чтобы выдохнуть перед новым витком побоев… Я не понимала порой, за что меня бьют. Обычно и причин-то не было. Оценки хорошие — четверки и пятерки, в доме убрано, посуда вымыта, еда приготовлена. Что я сделала не так? Я любила тишину. Когда дома никого нет. А потом приходила с работы она. И ты не знаешь, какое у нее настроение, что ей не понравится сегодня, будут тебя бить или нет.

В седьмом классе я получила двойку. Классная выписала на листок оценки и приклеила в дневник. Я боялась. Я сорвала листок, пока клей еще не высох. Было незаметно. А потом в дневнике появилась запись «Где листок с оценками?» Мне пришлось сказать о двойке. Я умоляла простить меня на коленях. Она била меня. Потом схватила нож. Я думала, она меня убьет. Она орала, что отрежет мне руки. Гонялась за мной по всей квартире. Схватила за волосы, начала бить рукояткой по голове, а затем отрезала косу ножом. На следующий день в школу я пришла с выбритым затылком и длинными волосами спереди. До этого у меня были косы до пояса. Представьте, как надо мной смеялись в школе.

В девятом классе она так увлеклась бить меня головой о пол, что у меня было сотрясение мозга. В поликлинике я сказала, что поскользнулась и упала. Мне поверили. Через две недели у меня было второе сотрясение. Я опять якобы упала на льду.

В 17 лет, когда остальные девочки ходили на первые свидания и наслаждались молодостью и красотой, Оле пришлось пойти на работу — няней в детский сад. Мать столько раз повторяла ей, что не намерена «тянуть на своем горбу лишних нахлебников», что совершеннолетие девушка встречала в отчаянном настроении. И не напрасно. Спустя два дня после 18-летия Олю выгнали из дома. С тех пор она больше никогда не жила с матерью.

Опыт насилия, тот самый, который предопределяет будущее, — это не просто высокие рассуждения в Олином случае. Ее первый муж стал точно таким же палачом, как и родная мать. Девушка-то думала, что сбежала в «замуж» из родительской тюрьмы. А оказалось, что просто поменяла стены одной тюрьмы на другую.

— Я считала его лучшим человеком на земле и не могла поверить, когда выяснилось, что он стоял на наркотическом учете и имел судимость за грабеж. Неделями муж уходил в запой, а я все верила, что он исправится. Он бил меня. История повторилась, — констатирует Ольга.

Но на этот раз женщине понадобилось меньше двух лет, чтобы решить: нет, так с собой обращаться она больше не позволит! Взяв на руки дочку, в чем была одета, она сбежала в ночь, не взяв ничего из вещей. Лишь бы избавиться от опасности.

Нынешний муж Ольги Никита — порядочный человек. Он никогда не поднимал на жену руку. Кроме того, в семье есть железное правило: никогда, ни при каких обстоятельствах не бить детей.

— Муж не всегда понимает меня: мол, почему я не могу своего сына шлепнуть по попе? А я знаю, как жила и что чувствовала в минуты насилия. Не хочу, чтобы мои дети по отношению ко мне или к отцу испытывали то же самое. Ребенок маленький, он не может дать сдачи. Поэтому бить его нельзя. Ведь моя мать не могла подойти на улице к посторонней женщине и ударить ее по лицу. Почему? Да потому что получила бы сдачи! А ударить беззащитного ребенка — могла. Я объясняю мужу, что сына или дочь можно наказать, лишив мультиков или сладкого, поездки в деревню. Но унижать ребенка ударами, ставить в заведомо беспомощное положение — это табу. Власть взрослого безгранична, и мы не должны эксплуатировать ее.

Вы спрашиваете, что бы я хотела сказать своей матери, если она вдруг прочитает эту статью? Мне нечего ей сказать. Злости уже нет. Осталась обида. Теперь, когда у меня есть свои собственные дети, я тем более не понимаю, как можно было так со мной обращаться. Чем я это заслужила? Но вообще, я бы сказала ей: то, что ты сделала, не останется безнаказанным!

Я надеюсь, что люди, прочитавшие мою историю, задумаются, правильно ли они воспитывают детей. Зададут себе вопрос: что испытывают дочери и сыновья, когда их бьют? Осознают, что насилие может быть рядом. И если видишь его, знаешь о нем, но ничего не делаешь, чтобы помочь, — ты не лучше того, кто творит это насилие.

Прошло уже много лет, а я все еще живу с этой болью. С осознанием того, что детства у меня не было. Что его у меня забрали. Я не ищу связи с матерью. Наоборот, я панически боюсь, что она найдет меня, узнает, где живу, и жизнь вновь превратится в ад. Опять начнется тотальный контроль, упреки, обвинения, избиения. Иногда мне снятся кошмары. Но в них не монстры, не чудовища или маньяки, а мать — мой главный монстр. В этих снах я опять в квартире, где прошло мое детство, я снова безвольная марионетка в ее руках. Я ничего не могу. Мне ничего нельзя. Я боюсь.


Напоминаем, что Onliner.by запустил цикл статей под названием «Насилие рядом». Этим названием мы хотим донести простую истину: все связаны теснее, чем кажется на первый взгляд, и какое-то абстрактное «насилие», упомянутое вроде бы только в романах и фильмах, может происходить за любой стеной. Наша главная цель — это не разобраться с извечными «Что делать?» и «Кто виноват?», а почувствовать сострадание к тем, кто столкнулся с насилием и оказался беззащитен, дать им наконец право голоса. Свои истории вы можете присылать на [email protected]


Компетентно

Александра Сгиб, психолог-консультант общенациональной горячей линии для пострадавших от домашнего насилия 8-801-100-88-01 международного общественного объединения «Гендерные перспективы»:

— Как быть ребенку, если родители проявляют по отношению к нему насилие и жестокость? Конечно, совсем маленькая девочка или мальчик беззащитны перед происходящим. Здесь бдительность должны проявить дошкольные учреждения образования, и если педагоги заметят, что у ребенка синяки, похожие на побои, он эмоционально подавлен и запуган, то бить тревогу и отправлять комиссию на проверку жилищно-бытовых условий и обстановки в семье будут они. Если увидят опасность для ребенка, то семью поставят в социально опасное положение (СОП) и будут с ней работать.

Но уже, скажем, 12-летний подросток может сам позвонить на анонимную психологическую линию для детей и подростков, оказавшихся в кризисной ситуации, по телефону +375 (17) 318-32-32 или на круглосуточный телефон доверия +375 (17) 263-03-03. Если речь идет об избиении, то психолог на горячей линии после разговора с ребенком обязан сообщить об инциденте в органы милиции. Кроме того, школьник может обратиться к психологу, социальному педагогу или классному руководителю в своем учреждении образования. Скорее всего, это станет поводом для того, чтобы в дом пришла комиссия. И тогда алгоритм тот же. Сначала, если есть предпосылки, семью ставят в СОП. Затем, если родители ничего не меняют и положение ухудшается, детей признают нуждающимися в государственной защите (НГЗ). И уже в самом крайнем случае их могут изъять и поместить в социально-педагогический центр (СПЦ). Ну а если и в этом случае родители не берутся за голову, то мать или отца могут лишить родительских прав, а ребенка — отправить в детский дом. Только за то, что родитель применяет в отношении ребенка физическое насилие, которое не угрожает здоровью, таких мер применяться, скорее всего, не будет.

И все же у меня возникает вопрос: будет ли ребенку лучше в детском доме? Да, поведение матери Ольги ужасно, отвратительно, недопустимо. Но, как показывают многочисленные психологические исследования, для ребенка жизненно важна связь с матерью, пусть даже эта мать — монстр. Помещение в приют и полный разрыв отношений с родителями могут вызвать бо́льшую психологическую травму, чем жизнь в насилии.

Что делать, если вы соседка и слышите, как за стеной избивают ребенка? Вопрос щекотливый. Если эти «воспитательные репрессии» произошли всего один раз, то, думаю, не стоит спешить и обращаться в органы. Если же ребенка за стеной бьют регулярно, он ходит с синяками и вам кажется, что есть угроза жизни и здоровью, то звоните в «102». Еще один вариант — сходите в отдел образования по месту жительства и опишите ситуацию: мол, я живу по такому-то адресу, постоянно слышу, как избивают ребенка, помогите. Тогда отдел образования отправит комиссию, и — алгоритм смотрите выше — комиссия будет приходить в семью регулярно.

То есть реагировать в подобной ситуации нужно, но, с другой стороны, это очень сложный этический момент. В Беларуси нет такого закона, который запрещал бы родителям бить детей в воспитательных целях. И где та грань, когда за удар ремнем нужно наказывать административным или уголовным делом?

Мне нравится, что в последнее время белорусы стали более социально активными. К нам на общенациональную линию для пострадавших от домашнего насилия 8-801-100-88-01 звонят и спрашивают: «Что делать? Я слышу, что за стеной бьют ребенка». Сейчас такую маму, как Ольгина, поставили бы на учет в СОП. Но что проверяет комиссия в семьях с СОП? Чтобы мама была трезвая, холодильник — заполнен едой, квартира — аккуратная, дети имели одежду по сезону, были чистыми, имели спальное и рабочее место.

То есть наше общество пока что не готово к тому, чтобы наказывать родителей за жестокое воспитание. Лишь бы была оплачена жировка и продукты куплены. Семья — это очень закрытое, интимное пространство, и со стороны трудно разобраться, что происходит там на самом деле. Единственный выход, который я вижу, — это работа всех членов семьи с психологом. Причем такой психолог бесплатно предоставляется тем, кто оказался в социально опасном положении. Но и здесь изменения и улучшения возможны только в том случае, если сами взрослые осознают, что проявляют насилие по отношению к ребенку, и согласятся, что так быть не должно.

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. [email protected]

Диетолог рассказывает о десяти вещах, которые родители могут сделать, чтобы избавить своих детей от суетливости в еде

Детский диетолог Рокси Яценко раскрывает девять вещей, которые родители могут сделать, чтобы побороть суетливость своих детей, и один трюк, который позволит им получить удовольствие от всего

  • Диетолог Рокси Яценко для ее детей показал, как остановить привередливых едоков
  • Мэнди Захер сказала, что суетливое питание может появиться в возрасте от двух до шести лет
  • Она поделилась девятью основными советами, которым родители могут следовать, чтобы остановить «отказ от еды»

Билли Шваб Данн для Daily Mail Australia

Опубликовано : | Обновлено:

Работа с привередливыми едоками — это проклятие существования многих родителей, но теперь один диетолог обнаружил лучшие способы преодолеть это.

Мэнди Захер из Сиднея, диетолог для детей Рокси Яценко, Пикси и Хантер, рассказала о стратегиях, которые она использует, чтобы преодолеть «отказ от еды».

Она объяснила, что суетливое питание часто проявляется в возрасте от двух до шести лет, и, к счастью, это та фаза, из которой вырастает большинство детей.

«Ситуация каждой семьи уникальна, и успех с приемом пищи необходимо соответственно измерять», — сказала она в своем блоге.

«Для одного ребенка ежедневный переход с одного овоща на два — огромный успех.Для другого ребенка фрикадельки в томатном соусе — большая победа! ».

Здесь FEMAIL рассматривает девять главных советов Мэнди для родителей.

Sydney-based mother-of-two, Mandy Sacher, is a nutritionist who has revealed the strategies she uses to overcome Sydney-based mother-of-two, Mandy Sacher, is a nutritionist who has revealed the strategies she uses to overcome

Мать двоих детей из Сиднея, Мэнди Захер, диетолог, которая раскрыла стратегии, которые она использует для преодоления «отказа от еды»

Снижение чувствительности детей к еде

Мэнди сказала, что важно поощрять детей к прикосновению, нюхать и принимать пищу.

Она объяснила, что это помогает снизить их чувствительность к пище, в которой они не уверены и не хотят есть.

«Заставить их класть предметы в тележку для покупок, помочь приготовить еду во время еды и поднести посуду к столу — это хорошее начало», — сказала она.

Мать двоих детей добавила, что позитив и терпение важны, и родители не должны расстраиваться, если они дети, не сразу реагируют на эти изменения.

.

Родители избили учителя, изнасиловавшего детей, в Китае

Разъяренные родители избили жестокую воспитательницу яслей, которая была уличена в жестоком обращении с их детьми в классе, когда ее заставили встать на колени и извиниться перед ними

  • На кадрах видно, как учитель насильственно кормит малышей васаби в детском саду в Китае
  • Она также обвинялся в избиении молодых учеников вместе с несколькими другими сотрудниками
  • Сердитые родители напали на воспитательницу, прежде чем она извинилась, стоя на коленях на сцене
  • Директор школы, уборщик, опекун и учитель были уволены

Тиффани Lo For Mailonline

Опубликовано: | Обновлено:

Группа разъяренных родителей в Китае избила воспитательницу детского сада после того, как ее поймали, когда она жестоко избивала своих учеников, а также насильно кормила их васаби и снотворным.

Воспитатель опустился на колени на сцене 7 ноября, чтобы извиниться перед разъяренными отцами и матерями, чьи дети все в возрасте до двух лет.

Шокирующий случай жестокого обращения, который произошел в известном детском саду в Шанхае, привел к увольнению директора школы, а также учителя, сиделки и уборщицы. Полиция проводит дополнительное расследование.

CCTV footage captures how the nursery teacher fed wasabi to a group of toddlers in Shanghai CCTV footage captures how the nursery teacher fed wasabi to a group of toddlers in Shanghai

Видеозапись с камер видеонаблюдения запечатлела, как учительница в яслях кормила васаби группе малышей в Шанхае.

Согласно китайскому новостному сайту The Paper, 1 ноября была поймана одна учительница из питомника Ctrip, которая оскорбляла маленькую девочку в классе.

На дневной видеозаписи камеры наблюдения видно, как преподавательница в желтом топе бросила сумку малышки на пол, а затем оттолкнула малыша.

В результате девушка споткнулась и ударилась головой об угол стола.

Еще один видеоролик с камер видеонаблюдения от 3 ноября показывает группу из 18 детей из одного ясля, сидящих в ряду, когда учитель кормит их васаби одного за другим.

Можно увидеть, как дети плачут и закрывают рты.

Ctrip Nursery — это питомник, связанный с Ctrip, крупнейшим в Китае онлайн-туристическим агентством.

Another clip shows the teacher throwing a girl Another clip shows the teacher throwing a girl

Другой клип показывает, как учитель бросает рюкзак девочки на пол и отталкивает ее

The teacher The teacher

Жестокое поведение учителя было записано на камеру и просмотрено школьными родителями

The girl turns around and hits her head towards a table as she is pushed by the teacher The girl turns around and hits her head towards a table as she is pushed by the teacher

Девочка поворачивается и ударяется головой к столу, когда ее толкает учитель

После того, как тревожные кадры стали вирусными, Ctrip подтвердила подлинность роликов и признала, что инциденты действительно имели место в его детской.

Ctrip сообщил об инциденте в полицию Шанхая 7 ноября.

Подтверждено, что участвовавшие в инциденте ученики были из школьного «Радужного класса». Всем им было меньше двух лет.

Четыре сотрудника, в том числе директор, учитель, сиделка и уборщица, уволены. Их также доставили в отделение полиции для расследования.

Учительница, имя которой не разглашается, принесла свои извинения на встрече с родителями 7 ноября.

The teacher apologises to parents for her wrongdoing on a parents meeting The teacher apologises to parents for her wrongdoing on a parents meeting The teacher apologises to parents for her wrongdoing on a parents meeting The teacher apologises to parents for her wrongdoing on a parents meeting

Учитель извиняется перед родителями за свой проступок на собрании, когда она становится на колени и плачет

However, the parents are not accepting her apology and go on stage to beat her up However, the parents are not accepting her apology and go on stage to beat her up

Однако родители не принимают ее извинений и выходят на сцену, чтобы избить ее

She is dragged away by security guards. It She is dragged away by security guards. It

Ее тащат прочь охранниками. Подтверждено, что она была уволена из школы.

«Мне очень жаль», — сказал пристыженный учитель на сцене.

«Я знаю, что сделала неправильно, и то, что я сейчас говорю, ничего не изменит», — добавила она, встав на колени перед родителями.

Однако родители не приняли ее извинений и начали ее избивать.

Учительницу позже увозили охранники.

Ctrip сообщил The Paper, что все медицинские расходы для раненых детей будут покрываться третьей стороной.

Ctrip также согласился предоставить родителям для просмотра все записи с камер видеонаблюдения в детской, снятые за последние три месяца.

Поделитесь или прокомментируйте эту статью:

,

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *